События последних трех дней: встреча Лукашенко с политическими заключенными в СИЗО КГБ, жесткий разгон участников демонстрации в Минске и слова заместителя министра внутренних дел Геннадия Казакевича о том, что милиция готова применять боевое оружие против протестующих. Фактически Лукашенко очертил формат и условия «выхода из кризиса»: либо «круглый стол» в рамках отдельно взятой тюрьмы, либо избитый в кровь, истоптанный народ.

Лукашенко совершенно не оставляет пространства для равноправного общественного диалога, в котором бы громко звучал голос народа, который сейчас звучит на улицах белорусских городов. Его «партнерами» по «диалогу» и даже по «конституционной реформе» должны быть измученные, истоптанные и сломленные тюрьмой люди.

Поэтому необходимо понимать, что диктатор никого не выпустит из тюрьмы без полного морально-психологического и идеологического доминирования над человеком (оппонентом), особенно таких как Бабарико или Тихановский. Юрий Воскресенский это та матрица, по которой будут работать с заключенными.

Другими словами, это должен быть полностью опустошенный, полностью деморализованный, полностью переформатированный субъект. Разрушение самосознания должно быть доведено до такой степени, что человек не только признает свои ошибки и заблуждения, но станет возвеличивать сломавшую его систему, будет механическим проводником идей этой системы. Ему даже позволят работать над поправками в «Конституцию». Человек в этом случае становиться лишь политическим инструментов, лишенным собственной воли.

Тот факт, что под домашний арест были «выпущены» Дмитрий Рабцевич и Юрий Воскресенский – это не только манипуляционная игра с обществом, это элемент психологического воздействия на тех, кто остался в тюрьме. Им обрисовали «дорогу на свободу», через признание Лукашенко победителем в этой схватке.

С другой стороны, власть и лично Лукашенко сильно раздражают протесты, которые не утихают несмотря на жесткость режима.

Это расшатывает его легитимность и саму политическую систему, показывает его слабость в глазах собственного окружения, сеет сомнение. Вместе с тем, функционирование государства в режиме острого противостояния несет серьезные экономические издержки, что ложатся бременем на экономику Беларуси. В сложившейся ситуации белорусские власти решили попытаться изменить подход к ситуации и попытаться использовать идеологические и психологические элементы воздействия. Режим пытается дезориентировать народ, показывая, что якобы он готов к диалогу.

Нет сомнений, что наше общество устало от открытого противостояния и от репрессий, но оно продолжает и готово бороться дальше. Среди протестующих есть запрос на диалог, есть ожидание того, что Лукашенко может сделать какой-то рациональный шаг, и его визит в СИЗО тому доказательство. Но Лукашенко диктатор, а для диктатора хороши все средства для того, чтобы уничтожить своих врагов и сохранить свою власть. Для этого он какое-то мгновение может побыть человеком, добрым царем, а потом нанести удар. Сохранению власти подчинены все шаги и усилия режима Лукашенко.

Выпускать политических заключенных сейчас, когда пространство не зачищено, для Лукашенко смерти подобно. Это сигнал для бюрократии и силовиков, которые пока еще лояльны режиму, что Лукашенко не контролирует ситуацию, что система распадается, а значит, нет смысла дальше работать на нее. В итоге политическая структура просто будет парализована и рассыплется. Безусловно, освобождение возможно, но только после того, как будут вынесены «судебные приговоры», после того, как осужденные напишут прошение о помиловании и признаются в своих деструктивных намерениях. Признаются в том, что были использованы внешними силами. Дело Юрия Воскресенского (его интервью-раскаяние) ясно показывает в каком направлении будет действовать. В свою очередь, просто отпустить, означает проявить слабость.

Несмотря на фоновую риторику «диалога», волна репрессий и террора не утихает: аресты, запугивания, увольнения, преследования продолжаются ежедневно. Другими словами внутренняя политика режима не меняется. Террор остается основной гарантией Ослабление репрессий и террора также подорвет «стабильность» системы. Диалог это не цель, это средство для террора. Прошу заметить, что Лукашенко не ведет «разговора» с представителями общественности на свободе: членами КС, правозащитниками, экспертами, представителями Тихановской. Для него они «деструктивный элемент».

В свою очередь, провалившийся «диалог по-лукашенковски» может превратится в основание для дальнейших репрессий.

Можно предположить, что власти пытаются усилить напряжение между различными группами оппозиционного движения, главным образом, между «группой Бабарико» и «группой Тихановской» и таким образом подорвать авторитет и влияние Тихановской.

Не исключаю, что в этой связи власти попытаются принудить Виктора Бабарико к тому, чтобы он записал «обращение» к гражданам, напомнив о своем политическом лидерстве. В этом обращении он мог бы призвать к диалогу, к компромиссу, к уходу с улиц. Может призвать принять участие во Всебелорусском собрании, где решиться вопрос «поправок в конституцию».

Но, если Лукашенко удастся продавить свой сценарий, убедить людей уйти с улиц, он выиграет схватку. При его правлении никакие реформы не будут иметь смысла и значения.

Павел Усов /belsat.eu