aleksandras-lukasenka-69314536Усов Павел: «Сегодня Москва не намерена дестабилизировать ситуацию в Беларуси. Социально-экономический кризис только усилит зависимость Беларуси от России: Кремлю останется только ждать, когда Лукашенко сам отдаст «политическую собственность», в том числе и суверенитет».

Большинство беларусов недооценивают угрозы “русского мира”, а официальный Минск использует их как пугало в своих играх. Угрозы «русского мира» – единственный товар, который Минск сегодня может продавать на Запад, ими беларуские власти нейтрализуют радикальные настроения в обществе.

Доктор политических наук Павел Усов в интервью Беларускай праўдзе рассказал, как и зачем официальный Минск жонглирует угрозами «русского мира».

-К сожалению, большинство беларусов не воспринимает Россию как угрозу. Наоборот, есть немало тех, кто поддерживают действия России в Украине и с нетерпением ожидает возможности раствориться в русском пространстве.

Такой угрозы не видит и правящая элита, по крайней мере, я не могу назвать ни одного конкретного, реального политического шага, который бы способствовал ограничению, по крайней мере, информационного влияния со стороны России. Я уже неоднократно писал о том, что беларуская номенклатура является интегрированной частью русского мира.

Одновременно беларуские власти используют «русский мир» как пугало и потенциальную угрозу в игре и торговле с Западом, регулярно посылая туда сигналы: спасите от русского мира, дайте денег, иначе Беларусь полностью уйдет на Восток. Такая игра принесла очевидные результаты в виде отмены санкций, но в получении финансовой помощи процесс затормозился. Однако угроза русского мира – это единственное, что Минск сегодня может продавать на Запад.

-Боевик Игорь Стрелков, начавший войну на Донбассе, создал Общероссийское национальное движение, которое будет бороться «за объединение РФ, Украины, Беларуси». Почему официальный Минск никак не реагирует?

-Вчерашний «герой Донбасса» Гиркин сегодня – абсолютный политический маргинал в России, от сотрудничества с которым отказываются не менее «героические» и одиозные фигуры, к примеру, Эдуард Лимонов. Все, что делает товарищ Гиркин – это неуклюжие попытки удержаться на политическом поле в России и, возможно, попытать счастья в грядущих думских выборах. Однако можно с уверенностью сказать, что вряд ли Кремль предоставит ему возможность для роста политической карьеры. Гиркин сделал свое дело – Гиркин должен уйти. По всей видимости, он сам до конца не понимает (или не хочет понимать), что он отработанный материал, поэтому старается привлечь к себе внимание пафосными манифестами.

Что касается молчания официального Минска, то, я думаю, беларуские власти имеют представление о том, что собой представляет «движение Гиркина». В России функционирует множество монархо-националистических организаций, которые спят и видят Беларусь в составе России.

-Бывший посол Украины в Беларуси Роман Бессмертный считает, что Кремль запустил «донбасский сценарий» в восточных областях Беларуси. Вы согласны?

-Я не считаю, что сегодня следует серьезно относиться к подобным заявлениям.

В политической публицистике сложились два направления. Одно из них представлено украинскими СМИ и нацелено на то, чтобы напугать Лукашенко и его окружение «российскими планами», и заставить его более целенаправленно и решительно идти навстречу Западу. Другое направление формируется российскими СМИ и публицистами (например, Суздальцев), которые наоборот стараются показать Лукашенко ренегатом, бегущим на Запад, подстегивая Кремль к более решительным действиям по отношению к Лукашенко. Однако оба этих направления – лишь медиа-игры.

На данный момент нет никаких объективных причин, которые бы позволяли утверждать, что Москва намерена дестабилизировать ситуацию в Беларуси.

Во-первых, несмотря на возобновление отношений с Западом, Лукашенко полностью остается лояльным России, у него даже в мыслях нет желания что-то менять и куда-то перенаправлять Беларусь.

Во-вторых, авторитарный политический режим в нашей стране существует только за счет тесной политико-экономической привязки к России.

В-третьих, Россия находится в наивысшей точке напряжения внутренних ресурсов: конфликт на Донбассе, необходимость экономически поддерживать Крым, война в Сирии, в конечном итоге, экономический кризис, – все это ограничивает потенциальные возможности для инициирования нового конфликта. России нужна стабильная и лояльная Беларусь – целиком.

В-четвертых, в отличие от Украины 2014 года, политическая система в Беларуси жестко централизована и функциональна, регионы не имеют никакой политической и экономической автономии. В таких условиях любые сепаратистские тенденции будут уничтожаться в зародыше.

-Поведение беларуских спецслужб вызывает, как минимум, недоумение: Витебская епархия БПЦ отправляет наших детей в лагеря российских неонацистов, а МВД якобы проверяет информацию. Но когда в Минск приехала 19-летняя участница АТО, сразу пять «людей в штатском» сопровождали девушку по городу несколько дней, а затем заставили улететь из страны. Спецслужбы как минимум изучают «русский мир», но ничего не предпринимают. Как объяснить их поведение?

-Основная проблема в том, что силовые структуры подвержены российскому информационному влиянию, особенно на местах. В КГБ, МВД, армии напрочь отсутствует национально-ориентированное воздействие. Работники спецслужб, особенно на местах, не видят никакой угрозы в «русском мире», как и в функционировании различных православно-патриотических организаций; пока не получат прямого приказа сверху, противодействовать таким инициативам они не будут. Но, похоже, центр так и не решил, что делать с представителями «русского мира» в Беларуси. Пока их деятельность, в том числе и на уровне идеологии, не направлена на борьбу с нынешним режимом в Беларуси, эти инициативы не будут оцениваться как прямая угроза.

Более того, я не исключаю, что различного рода православно-казацкие организации рассматриваются властям как дополнительный ресурс в борьбе с оппозицией, если последняя вдруг активизирует свою работу, особенно в условиях экономического кризиса.

 -Андрей Климов убежден, что Беларусь оказалась в полшага от аннексии. Крах беларуской экономики вызывает социальные протесты; не имея возможности подавить недовольство народа, Лукашенко взывает к Кремлю, который посылает «зеленых человечков» для восстановления «конституционной законности». Такой сценарий выглядит достаточно реалистично.

-Чтобы в нашей стране произошли масштабные социальные протесты, необходимо полное обрушение экономической системы, а население должно дойти до полуголодного состояния. Я склонен полагать, что массовых социальных протестов в стране в ближайшем будущем не предвидится.

А что касается локальных протестов, тех же предпринимателей или работников отдельных предприятий и сфер, то у властей достаточно собственных «зеленых» и «черных» человечков для подавления недовольства.

В свою очередь социально-экономический кризис усилит привязанность и зависимость Беларуси от России. Все, что остается делать Москве – это ждать, пока разваливающаяся экономическая система не заставит Лукашенко сдать все, что еще осталось в его «политической собственности», в том числе и суверенитет. Посмотрите на Киргизию: что толку, что в стране в 2010 году произошла антиавторитарная революция и свергнут Бакиев. Как зависела страна экономически от России, так и остается в российском геополитическом пространстве, несмотря на политическую эквилибристику.

-Не использует ли официальный Минск проблему «русского мира» в своих целях? Вы недавно писали: «В силу того, что политические фобии в Беларуси ведут к тому, что «любой социальный протест против диктатуры будет рассматриваться или преподноситься как попытка России инспирировать очередную гибридную революцию».

-Безусловно. Угроза «русского мира» используется Минском в собственной информационной игре –  как на внешнем, так и на внутреннем направлениях. О первом я говорил выше.

Что касается внутреннего направления, то логика этой игры совершенно проста: любая внутренняя дестабилизация на руку России (либо ей спровоцирована), для того чтобы реализовать украинский сценарий. Следовательно, в интересах всех, в том числе и оппозиции, сохранить стабильность, которая возможна лишь при условии компромисса с нынешней властью. Таким образом, любой протест начинает ассоциироваться с интригами Москвы и возбуждает подозрение даже в оппозиционной среде. Благодаря такой логике беларуские власти на психологическом и символическом уровнях нейтрализуют радикальные настроения в обществе. На символическом уровне революция за свободу и демократию – превратилась в революцию за русский мир.

Юрась Дубина, Беларуская праўда