Кремль пытается понизить статус Республики Беларусь, свести его к уровню управляемого региона, усилив внешнеполитический и стратегический контроль.

Лукашенко в Сочи, kremlin.ru

 

Кремль выдвинул ультиматум, на который у Лукашенко нет ответа. Так оценивает итоги шестичасовых переговоров руководителей Беларуси и России доктор политических наук Павел Усов.

-Лукашенко не будет принимать участие в следующих президентских выборах – так телеграм-канал «Незыгарь» подвел итоги вчерашних переговоров руководителей Беларуси и России в Сочи. Фейк или возможный сценарий?

-Как видим, отношения между Беларусью и Россией перестали носить предсказуемый характер. Давление Москвы усиливается, активно разворачивается информационная война как в отношении Беларуси, так и в отношении лично Лукашенко. При этом всем Минску нечего противопоставить экономической и информационно-политической атаке. Как мне кажется, Кремль пытается прежде всего, понизить статус Республики Беларусь, свести его к уровню управляемого региона, усилив внешнеполитический и стратегический контроль. Лукашенко, старательно пытался затянуть время, увиливая от тех требований, которые ставила Москва. Видимо, он надеялся, что конфронтация с Западом, санкции ослабят внимание российского руководства к Беларуси, однако – просчитался.

Вместе с тем, не было сделано ничего из того, что содействовало бы укреплению национальной независимости, созданию механизмов противодействия возможной политической экспансии. Лукашенко просто ждал, а ожидание в этих условиях – смерти подобно. Противостояние сделало Россию более агрессивной, ее внутреннее экономическое падение требует геополитической компенсации, которой и является поглощение Беларуси.

Стоит отметить, что официальные СМИ и представители МИД и АП хранят полное молчание по поводу довольно чувствительных информационных вбросов и провокаций, что еще раз подтверждает тезис о том, что Беларусь уже проиграла информационную войну.

Естественно – выборы это удобный момент для системного воздействия на Беларусь. Я не думаю, что Москва попытается сковырнуть Лукашенко с президентского пьедестала – это все же чревато, конечно, если не принято решение по «поглощению» Беларуси: только в условиях ограниченного суверенитета страны можно «менять» руководителей без болезненных последствий. Вместе с тем, Лукашенко – гарант того, что независимость Беларуси не будет полной. Тем не менее, перед выборами можно добиться продвижения конкретных политических решений: база, интеграция, экспроприация предприятий и т.д. Показательным примером могут быть выборы 2010 года, когда развернулась полномасштабная информационная война, и Лукашенко вынужден был подписать рад соглашений, касающихся создания Евразийского Союза. Поэтому, я думаю, что Москва пока будет использовать традиционные механизмы давления, хотя естественно, цель этого давления – деконструкция беларуской независимости.

-Переговоры Лукашенко с Путиным длились 4 часа, обе стороны ни словом не обмолвились о результатах встречи. Нечего сказать либо договоренности не для чужих ушей?

-Тут мы можем только гадать. Либо стороны не пришли к каким-то кардинальным договоренностям и отношения остались натянутыми, либо решения или договоренности, к которым пришли стороны, несут для Беларуси прямую угрозу и могут иметь серьезные последствия, как, например, согласие на размещение российской базы. Поэтому, как это обычно бывает на линии Минск-Москва, договоренности будут реализовываться со временем, при удобном случае, без огласки.

Однако, сам факт напряженного молчания, с учетом того, что это вторая встреча двух президентов в течение последних 30 дней, не сулит ничего хорошего для нашей страны. Очевидно, что перед Лукашенко выдвигают конкретные условия – ультиматум, и он не знает, что делать. Более того, в его окружении нет никого, кто мог бы дать ему какие-то рекомендации, ведь высшая номенклатура давно болеет «русским миром». А ведь первое, что нужно было сделать – сообщить обществу содержание ультиматума.

-Лукашенко уверен, что до конца 2018 года удастся разрешить основные противоречия между странами. Есть основания так полагать?

-Противоречия разрешатся, если Минск начнет выполнять требования Москвы. Основное, как я полагаю, требование – это военная база. В свою очередь, база – это начало конца независимости страны. В этих условиях вряд ли можно говорить о разрешении каких-то проблем, скорее, появятся новые. Единственное, что может сделать Лукашенко в этих условиях – это скорейшее преобразование экономической и политической системы, укрепление национальных институтов, полноценный диалог с демократическим сообществом (а не с куклами) и выработка общей стратегии защиты суверенитета. Но беларуский президент на это не способен, да и времени у него практически не осталось.

– Интересная складывается ситуация: Лукашенко просит, Путин отказывает. Официальный Минск предлагает малую цену за экономическую помощь?

-Все понимают, что Москва ставит конкретные стратегические задачи, выстраивая свои отношения с Минском. Россия смотрит на Беларусь как на пространство для своей экспансии, поэтому экономические инструменты – это рычаги экспансии, а не помощи. Просьбы о «помощи» – это ничто иное, как поход овцы к волку за травой. Однако у Лукашенко осталось традиционное понимание российско-беларуских отношений, сформировавшееся еще в 90-х. Как мне кажется, он даже не до конца осознает угрозы, идущей с Москвы. За 4 года войны в соседней Украине в Беларуси не было сделано ровным счетом ничего для укрепления национального суверенитета. Лукашенко продолжает думать, что громких фраз о «дружбе», «братстве», «единстве», «близости», «важности» должно быть достаточно для сохранения благодушного отношения Кремля. Можно сказать, что 24 года президентства не искоренили в нем крестьянского духа, и он продолжает надеяться на погоду.

Георгий Громов, Беларуская праўда